zurkeshe (zurkeshe) wrote,
zurkeshe
zurkeshe

Categories:

Жертвоприношение

В результате вспомнил, что я писал про это без малого 6 лет назад.

Если отвлечься от частностей, то гибель атомной подводной лодки "Курск" была жертвоприношением - в самом примитивном, ритуальном смысле этого слова.
Несколько лет подряд флот тщательно лишал себя всех спасательных возможностей. Система отношений с внешним миром, исключающая оперативное вмешательство сторонних спасателей, была выстроена уже давно. После этого осталось только минимизировать ресурсы жизнеобеспечения на каждом подводном корабле - и дожидаться катастрофы.
Результату позавидовал бы самый отмороженный сатанист. Стратегический объект, один из столпов российской обороны, затонул в приличную для Севера погоду недалеко от берега на глубине, в полтора раза уступающей длине самого "Курска" - и был обречен на страшную смерть, хуже которой было только ее затянувшееся ожидание.
Кому конкретно была принесена жертва - военно-морской гордыне, званию сверхдержавы, финансовым интересам Минобороны или влиянию Пентагона, - Россия не узнает. Чем знать такое, лучше сразу в стену головой. Но все прочие объяснения лживы или несерьезны.
Адмиралы особенно отчаянно цепляются за версию, оправдывающую, по их мнению, все и всех: причиной гибели "Курска" стало столкновение с чужой субмариной. На самом деле эта идея ставит размашистый андреевский крест на ВМФ и армии: если атомный ракетоносец, один из лучших на флоте и с едва ли не лучшим экипажем, не может уклониться от удара с чужим судном, а затем абсолютно не может выжить, то он никак не способен быть защитником Родины. Следовательно, и прочие защитники по определению не могут защитить ни Родину, ни себя. А Родина, в свою очередь, не способна спасти своих сыновей. И потому наваливает горы вранья, от которого всем только хуже.
Чтобы успокоить общественность, адмиралы сначала врали, что воздуха им хватит до 25 августа. Потом, спохватившись, заявили, что, наоборот, все подводники умерли в первые часы катастрофы.
Но было поздно: как минимум половина родствеников погибших поверила, что их пацаны в подводном аду еще дышат, и будут дышать несколько суток - ведь если погиб почти весь экипаж, неизрасходованный воздух приходится на долю нескольких человек. Которых руководство флота и страны продолжает убивать своим бездействием.
Объективных причин для того, чтобы думать иначе, нет. За последние дни размер полноценной информации, которой располагали поисковики, не изменился совершенно: обстукивание корпуса и срыв верхнего люка, сквозь который то ли видно, то ли не видно одно тело - очень слабый повод для списания всего экипажа. Впрочем, властям его хватило.
Обозреватели в один голос называют трагедию "Курска" сильнейшим ударом по Владимиру Путину. Это не совсем так. Если оставить в стороне мучительное чувство стыда, которое будет терзать Президента, пока он не забудет сочинских каникул 2000 года, то прочие минусы легко оборачиваются плюсами.
Самая задранная динамика роста общественной неприязни к власти все равно будет несравнима с ельцинскими временами. Зато Путин сможет проводить любые жесткие решения без оглядки на притихших фанатов.
При этом Президент, допустивший страшную гибель экипажа, но решивший не сдавать руководство Минобороны и ВМФ, не потеряет, а нарастит поддержку самых преданных своих поклонников - военных. Потому что к расходу живой силы они привыкли. А к тому, что из них не делают крайних при каждом удобном случае - еще нет.
Наверняка любовь эта усилится после того, как глава государства заявит, что финансирование армии по остаточному принципу приводит к жутким трагедиям и ставит под угрозу существование страны как таковой. Вслед за этим военным пойдут вполне серьезные деньги. И ни один пацифист не решится этому возражать, иначе справедливо прослывет тварью безнравственной.
А может, и не прослывет. Потому что со времен Иммануила Канта, восхищавшегося звездным небом и нравственным законом, многое изменилось.
Категорического императива больше нет.
Звездное небо рассыпалось по черным погонам моряков, упокоившихся на сотню метров ниже уровня Баренцева моря.
А нравственный закон внутри нас, приведенный в соответствие федеральному законодательству, умер от удушья.

25 августа 2000 года
Tags: архив
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments