April 19th, 2011

bsm

"Ур"

Стивен Кинг

От преподавателя литературы в провинциальном вузе, ботана и потенциального лузера, уходит очень спортивная и любящая гаджеты подружка, которую утомило книжное поголовье вокруг. Препод, потосковав, выписывает с "Амазона" электронную читалку "Киндл" - чтобы, значить, всем всё доказать. Читалка оказывается некондиционно розовой и навороченной, ибо открывает доступ к текстам из каких-то там уров (вяло пугая, правда, неким законом о парадоксе). И препод попал. Потому что уры - это параллельные миры, в большинстве которых были свои Хэмингуэи, Шекспиры и Джоны Д. Макдоналды (Фолкнеров почему-то почти не было) - с другой биографией и библиографией. Потом выясняется, что можно скачивать не только ненаписанные романы папы Хэма, но и газеты про выжившего Кеннеди, присягу Хиллари Клинтон, Пита Беста, разгульность которого сорвала концерт "Битлз" в Белом доме, и Армагеддон 1962 года. А потом розовая читалка открывает доступ к архиву местной прессы. Скачивание оценено в несоразмерно крупные деньги - зато позволяет познакомиться с завтрашними-послезавтрашними новостями. В том числе с участием близких людей. А уж какие новости в газетах - сами понимаете.

Очевидно, Стивен Кинг не читал рассказ Кира Булычева "Другая поляна". Зато он написал рассказ "Текст-процессор богов", роман "Регуляторы", цикл про Темную башню и еще семь бочек мегатекстов. Поэтому прославленному мастеру, получившему заказ "Амазона", наверное, сложно было ваять только первую четверть 50-страничной повести, внятно излагающую булычевскую историю 35-летней давности (про лаз в другую Москву, где никто, кроме профессоров, не помнит рано погибшего Пушкина, а роль нашего всего успешно играет доживший до старости Лермонтов - хотите почитать что-нибудь из позднего?). Со второй четверти поперла нормальная кинговщина с моральным выбором, аппер-миддлом в беде, политической злобой и клешнями из воздуха - так что повесть явно доколачивалась в ур-аганном темпе. Особенно когда дело дошло до ДТП по вине пьяного водителя - к этому феномену, едва не сгубившему самого Кинга, автор возвращается с вполне понятным, но все равно напрягающим упорством. На сей раз алкашом исключения ради оказалась тетка, что позволило автору оттоптаться на социальном слое разведенок с растущим пузцом и непрокрашенными корнями волос.
В общем, товарищ Кинг цинично, но умело подтвердил, что даже взятые из одного сундучка клише могут сложиться в неплохой, красочный и интересный паззл. Если, конечно, сундучок королевский. И если сказочник из ноосферы поможет.

Необязательное примечание. Я редко пишу отзывы на произведения такого размера и уровня, но тут случай особый. "Ур" - первый англоязычный художественный текст, прочитанный мною в оригинале. Вот вы ржете, а для меня, непрактичного самоучки, это мука адская была. Особенно на первых порах, когда уточнять приходилось каждое второе слово (отдельное спасибо как создателям "Киндла" (не розового), вмонтировавшим оксфордский словарь прям в гаджет, так и
самому тов. Оксфорду, умеющему объяснять одно непонятное слово с помощью десяти других непонятных слов). Можно было бы и не париться - контекстуально-то и без словаря почти все понятно, но, блин, я ж не газету читал. Потому и стал полный настрадамус.
Может, как-нибудь еще попробую.
bsm

Ласковое теля свинью не сосет

Колбасные изделия по умолчанию, как известно, являются свиными и/или соевыми. Свинину я не ем по принципальным соображениям, сою пытаюсь не есть по эстетическим, оттого недоверчив, желчен и курчав. Особенно с тех пор, как научился вчитываться в состав продукции по-ленински.
Очередные ленинские чтения позволили обнаружить поворот в мироздании, сопоставимый с уходом газировки по три копейки. Микояновский мясокомбинат с аккадских примерно времен делает говяжьи и телячьи сосиски. Говяжьи в наблюдаемый исторический период состояли из говядины и сои, телячьи, само собой - из свинины, птицы и сои (вот такие, блин, у нас телята).
Спешу обрадовать: на говяжьем фронте ничего не изменилось. А вот на телячьем я давеча обнаружил удивительную смену состава. Место свинины заняло некое сердце.
Понятно, что покупать эту радость я не стал, ибо уточнение, чьему именно сердцу так не хочется покоя, отсутствует, умолчание, с которого начался пост, никто не отменял и не собирается, а соя - тварь бессердечная.
Но начинание интересное. Осталось дождаться куриной колбасы из бараньих желудков и яблочного сока из апельсиновых кожурок.