April 27th, 2007

bsm

Не сторож глазу своему

Вот какие сообщения придают особую контрастность истерике вокруг переноса таллинского памятника:

"22 апреля в Химках проходил митинг против уничтожения захоронений героев войны (на прошлой недели подмосковные власти распорядились демонтировать памятник летчикам, расположенный на Ленинградском шоссе, и перенести их останки.– Ъ),– рассказал Ъ лидер АКМ Сергей Удальцов.– Наши ребята и активисты Союза коммунистической молодежи ехали после него в электричке из Химок в Зеленоград, на станции Сходня в вагон вошли милиционеры и люди в штатском. Они принялись избивать и задерживать товарищей". В итоге, по словам господина Удальцова, у активистов были зафиксированы ушибы и гематомы.

http://www.kommersant.ru/doc.html?path=/daily/2007/070/14517491.htm

Какие все-таки дурачки молодые коммунисты. Им же внятно по телевизору сказали: протестовать надо против эстонцев. Снос советского памятника в Таллине - это фашизм.
Снос советского памятника в Подмосковье - это божья воля и осознанная необходимость. И против него не то что протестовать не стоит - его вообще лучше не замечать. По ТВ же об этом не говорят - делайте выводы, не маленькие. А кто не сделал и заметил - будет бит и посажен (активиста АКМ уже обвинили в том, что он "избил сотрудника милиции, сорвал с него погон и порвал куртку" - странно, что только одного).
Чума.
bsm

«Свободное плавание»

Очень человеческий славный фильм, связывающий современность с хорошей традицией: актуальная, современно снятая (с китановскими длиннющими планами) и правильная какая-то история (в захолустном городке новые хозяева закрывают единственный завод, рабочие которого какой только дурью не маялись, и старательный пацан ищет новую работу) рассказана с интонациями советской лирической комедии середины 70-х – которая, как известно, была не всегда смешной, но всегда трогательной. Именно этому расчудесному периоду отечественной истории текущий момент и пытается, как известно, соответствовать (а чо, все похоже: высокие цены на нефть, нестарый Брежнев, рост импорта и мягкое подкручивание гаек).
Несмотря на некоторую благостность, кино получилось честным и, если вдуматься, жестким. На два десятка персонажей, каждый из которых вполне себе колодец бездонной души, приходится всего-то два дееспособных человека: сам Ленька и один из его работодателей, кавказец, придумавший безотказный способ торговать обувью на рынке: он, встав на колени, ловит прохожего за щиколотку, глядя несчастному (утомленной бытом красавице средних лет или сварливому дедушке) в глаза, сдергивает с него ботинок, нежно надевает новый и, не сбивая прицела, мягко говорит: «Полторы тыщи». Покупатель молча лезет за деньгами и уходит в новых чеботах.
Прочее население все больше пьет, врет и языком крутит. Особенно хорош пузатый трепобол-дорожник, несущий невероятную и безостановочную пургу на тему квалифицированной работы и пугающий ленькиных дружков, пришедших посмеяться над героем в оранжевом жилете: «Зато вас в армию не возьмут, у вас же по 6-7 сотрясений мозга на каждого, а его возьмут. После драки должны кулаки болеть, а не голова».
При этом я не готов сказать, действительно ли это такой прекрасный фильм, или мой полувосторг имеет корпоративные корни: как известно, «Свободное плавание» признали лучшей картиной прошлого года отечественные журналисты – и больше вроде бы никто.
bsm

«Изображая жертву»

Неровное кино: шикарные диалоги-монологи и провал всех прочих компонентов, включая удивительно неприятного исполнителя главной роли, очень похожего на Гошу Куценко в гриме Земфиры Рамазановой. Хваленый матерный монолог ментовского майора хорош, не менее хороши его ранние безматерные выступления, но это жемчужины в нечистой оправе. Ключевая для фильма рифма с шекспировским сюжетом натужна и неубедительна, как анимационные вставки, развязка высосана в лучшем случае из пальца, народная артистка Ахеджакова, щеголяющая трехбуквенной инвективой, забавна, но необязательна – как и весь фильм, в общем-то. И кстати, зря Серебреников кричал, что этой картиной обнуляет всеь свой предшествующий киноопыт. Сериал «Дневник убийцы» был, во-первых, немногим хуже, во-вторых, очень похожим по стилю и поначалу даже очаровывал.
В целом интереса заслуживает линия фильма «Свирепый мент» (полчаса примерно чистого времени), которую можно пересматривать. Остальной час имеет совсем одноразовый характер.
bsm

«Жесть»

Серятина, неожиданно проливающая свет на провал «Параграфа 78». Это, оказывается, родовой признак кино, спродюсированного Юсупом Бахшиевым: быть в начале идиотически гламурным и перенасыщенным продакт-плейсментом, в конце грязненьким, задействовать в видных ролях одних и тех же актеров, которых продюсер считает звездами (Куценко, Разбегаев, Ефремов, сам Бахшиев) и нарезать невероятные понты в каждом кадре. Видимо, Бахшиев хорошо изучил опыт предшественников и понял, что откровенно тусовочное кино снимать, конечно, можно – но лишь маскируя его под жанр. В связи с этим первая часть фильма делается как бы для тусовки и как бы Охлобыстиным-Константинопольским, вторая как бы для публики и как бы братьями Скоттами, и пипл как бы хавает.
По техническим причинам авишный файл «Жести», который я смотрел в ноутбуке, был рассечен надвое. Так вот, первая половина поначалу собиралась обойтись вообще без действия, и только в последний момент кинула зрителю динамичную подачку. Совсем как «Параграф». Вторая завертелась побойчей, но тоже не выходя за пределы клише, придуманных лет 30 назад и усвоенных отечественными мувимейкерами. Вот эта одновременное впадение в один и тот же прием выглядит особенно трогательным: почему-то режиссеры снимавшихся одновременно «Жести» и «Волкодава» независимо друг от друга решили, что было бы остроумно взять известного актера и укрыть его страшной маской, которая так и не будет сорвана до конца фильма. Прием, надо сказать, не проканал: зрителя не заинтересовало, кто там играл Жадобу и почему Терминатора вместе с Алексеем Серебряковым изображает (если верить титрам) еще какой-то дяденька.
Понятно, что эстетические ценности современной российской киноэлиты закладывались во второй половине 80-х годов в видеосалонах. Я сам, в принципе, такой, и для меня до сих пор не пустой звук бессмысленные слова «Тихая прохлада», «Шо Косуги» и «Майкл Дудикофф». Но при этом я не собираюсь заново знакомиться с культурными объектами, помеченными вот этими вот словами – а наше кино почему-то упорно желает снова и снова знакомить меня с отечественными аналогами перечисленных феноменов, хотя формально снимает не «Месть нинзя», а римейк «Чужих» или первого «Безумного Макса». Определенный прогресс в «Параграфе» по сравнению с «Жестью» налицо: здесь нет хотя бы Разбегаева. Зато есть певица Слава, стоящая двенадцати сотен Разбегаевых. Актриса Алена Бабенко, серовато сыгравшая в «Жести», как к ней и относись, все-таки похожа на живого человека. Певица Слава похожа только на избалованную дуру.
В нормальной стране человек, делающий одинаково бессмысленные и накалывающие зрителя фильмы с участием Куценко, давно бы разорился.
Но у нас особенная жесть и особая статья параграфа.