July 14th, 2006

bsm

Мои первые книжки

Я только сейчас увидел в журнале кузнеца и писателя Лукьянова любопытный опрос.
http://blacksmiths.livejournal.com/105676.html?view=356556#t356556
 
Счел возможным ответить – хотя, видимо, уже в пустоту. Просто самому интересно стало.
 
1. Вы делите литературу на ширпотреб и элиту? Ваше определение ширпотреба и элиты. Чем с профессиональной точки зрения плохо одно и хорошо другое?
 
1. Делю, хоть и не в таких формулировках. Скорее, как в журналистике, можно вести речь о массовой (желтой) и качественной печати (впрочем, можно и не вести). Примеры первой категории - Sun и КП, примеры второй - FT и Ъ. Если говорить о книгах, то первая категория позволяет читателю в метро, на диване или на пляже забыться, расслабиться и получать удовольствие. Вторая заставляет читателя напрягать мускул извилины и как минимум поматывать головой в такт, подшептывая: «Мощно задвинул». А писателю первой категории вторая дает ориентиры для продолжения движения. Но это все идеальная ситуация, с жизнью пересекающаяся не всегда. Sun активно демонстрирует высший класс журналистики (вне разрядов), а FT охотно молет тоскливую жвачку. В книжном мире тоже все наискосок: да, в мягкой пестрой обложке тяжело отыскать признаки стиля и смысла. Но для твердых дорогих изданий это тоже вполне характерно.
Своему сыну я в свое время пытался объяснить разницу, оперируя шевчуковскими практически аргументами (понимаю, что подобный подход раздражает, но именно такую поляризацию я усвоил в свое время). Есть рок-музыка и есть попса. Рок пишется грохочущим сердцем и немного кипящим разумом. Попса строится холодно и выверенно, по готовым клише, придуманным не тобой. Естественно, на самом деле все не так, рок неизбежно превращается в попсу, грохочущее сердце часто выдает сумбур вместо музыки, кипящий разум в итоге сваривается вкрутую, а холодный расчет дарит человечеству хрустальные шедевры. Но общая схема – для меня - такова.
Из этого и вытекают достоинства-недостатки: выстроенная по готовым (сюжетным, логическим, языковым) шаблонам книга приятна мозжечку, но ничего не прибавляет ни душе, ни Памиру человеческой культуры. Напротив, попытка натворить что-то принципиально новое способна достичь наоборотских целей.
 
2. Назовите десяток современных (за последние 5 лет) авторов, которых вы читаете не потому что надо, а потому что хочется.
 
Андрей Лазарчук
Михаил Успенский
Виктор Пелевин
Вячеслав Рыбаков
Юлия Латынина
Александр Громов
Сергей Лукьяненко
Евгений Филенко
Алексей Иванов
Евгений Лукин
 
Вне зачета - С.Витицкий. Вдруг все-таки еще что-нибудь напишет.
 
3. Есть ли противостояние между фантастикой (и любой другой коммерчески успешной литературой) и БЛ (т.е. литературой толстых журналов и лит.премий вроде Букера, Нацбеста, Большая книга и т.д.)? Каковы, на ваш взгляд, причины этого антагонизма?
 
Противостояния нет, есть некоторая нелюбовь – не всеобъемлющая. Но широко распространенная. Причин две: снобизм и зависть. Обоюдные. Авторам толстых журналов западло лезть под пеструю обложку, особенно с учетом того, что эти поденщики гребут деньги лопатой – причем не за счет собственного по-молотовски каменного зада, а благодаря литературным неграм. А у нас суп жидкий. И наоборот, те же фантасты отмечают, что мейнстрим питается супчиком, давно переваренным предшественниками и фантастами, и кабы не Жихарь, не было бы никакой Киси, и все равно читатель любит нас – зато гранты и премии идут им.
Мне, легко заметить, симпатичнее фантасты, что не умаляет нелепости антагонизма в целом.
 
4. Что для вас высшая степень признания литературного труда: тиражи и гонорары, хвалебные отзывы критиков, литературная премия? Свой вариант?
 
Самый правильный ответ: признание читателя, которого я считаю своим. Но такое признание толком не идентифицируется. Так что приходится признать, как ни стыдно, что да – тиражи, гонорары, премии и панегирики.
 
5. Писательство - это: служение? способ самовыражения? профессия? Свой вариант?
 
Способ самовыражения. Остальные формулировки справедливы для более узких случаев: и служение, и профессия, и болезнь, и напасть, и божий дар с яичницей.
 
6. Вы презираете людей, пишущих коммерчески успешные тексты (пишущих высоколобые опусы)? Что должно произойти, чтобы вы их не презирали? (вариант с прекращением деятельности оппонента не предлагать)
 
Презирать таких людей – все равно что презирать ассенизаторов, потому что в говне копошатся, или космонавтов, потому что дурью маются, или шеф-поваров, потому что более 20 человек вкусно накормить нельзя в принципе. Еще можно презирать женщин, мужчин, мусульман, христиан и другие заметные группы, к которым лично вы не относитесь.
Без коммерчески успешных текстов книги перестанут издаваться, а люди – читать (если, конечно, на землю не явится армия профессиональных читателей Константинов). Без высоколобых литература превратится в лемовские сюжетные конструкторы и новеллизацию компьютерных игр.
Больше книжек хороших и разных, а других писателей у нас для нас нет. С тех самых пор.
 
7. Последний вопрос: назовите 20 книг, которые вы перечитываете с детства и будете перечитывать всегда. Почему вы их перечитываете? Как вы думаете, это коммерчески успешные книги (бренды считаются)?
 
Владимир Богомолов, «В августе сорок четвертого…», «Иван»
 
Ярослав Гашек, «Похождение бравого солдата Швейка»
 
Илья Ильф, Евгений Петров, «Двенадцать стульев»
 
Артур Конан-Дойл, весь Холмс
 
Виктор Конецкий, «Вчерашние заботы»
 
Владислав Крапивин. «Колыбельная для брата», «Голубятня на желтой поляне»,
 
Станислав Лем, «Маска»
 
Габриэль Гарсиа Маркес, «Сто лет одиночества», «Полковнику никто не пишет»
 
Улле Маттсон, «Бриг «Три лилии»»
 
Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий. «Жук в муравейнике», первая глава «Пикника на обочине» (единственное, что нашел в детстве).
 
Марк Твен, рассказы, «Приключения Гекльберри Финна»
 
Роберт Шекли, рассказы
 
Василий Шукшин, рассказы
 
Кучу давно любимых книг не называю, потому что прочитал их уже после школы (в 80-е в Набережных Челнах с книгами не слишком ладно было).
Что касается перечисленного - безусловно, большей частью это коммерчески успешные проекты. Перечитываю их, потому что хочется: это действительно очень славные книги, да и детство напоминают.